Спустя 16 лет вторая часть мемуаров. О парижской эмиграции: о тех, кто жил и страдал в изгнании. Книгу напечатали в Париже, и я плакала, когда держала сигнальный экземпляр. Теперь оба берега - и Нева, и Сена документально закреплены.
Я начала писать то, что давно обещала себе - воспоминания. Герои моих воспоминаний: Гумилёв, Ахматова, Мандельштам, весь наш круг. Все, кого уже нет, хочу, чтобы о них помнили. Пишу не о себе, а о тех, кого дано было узнать. Стараюсь воскресить Петроград 1918-1922 годов.
На дорожке мертвый лист
Зашуршал в тоске певучей.
Хочется ему кружиться,
С первым снегом подружиться,
Снег так молод и пушист.Неба зимнего созвучья,
Крыши и сухие сучья
Покрывает на вершок
Серебристый порошок.Говорю на всякий случай:
— Память, ты меня не мучай.
Все на свете хорошо,
Хорошо, и будет лучше…
После долгого молчания — стихи! Сборник напечатан небольшим тиражом, но я счастлива. Это моя первая поэтическая книга со времён «Двора чудес». Стихи стали другими. Георгий говорит, что это лучшая моя лирика.
Истинное художественное произведение можно сравнить с аккумулятором, от которого исходит энергия электрических внушений. В каждом произведении отмечено, как в театральном действии, определенное количество часов для любования и разглядывания его. Многие произведения вмещают в себя запасы эстет-энергии на долгие сроки, как озера горные, из коих неустанно вытекают великие реки воздействий, а истоки не иссякают. Таково творчество Н.К. Рериха. И сам я старался воплотить сей принцип.Истинное художественное произведение можно сравнить с аккумулятором, от которого исходит энергия электрических внушений. В каждом произведении отмечено, как в театральном действии, определенное количество часов для любования и разглядывания его. Многие произведения вмещают в себя запасы эстет-энерги...Смотреть еще
Война для нас закончилась. Но какой ценой! Дом в Биаррице разбомбили. Мы потеряли почти всё имущество, остались буквально в том, в чём были. Голод, холод — всё, как в Петрограде 20-х. Единственный источник дохода - публикации в "Новом журнале", с которым мы сотрудничаем. Но мы с Георгием вместе, держимся за руки. Нас обвиняют в антисемитизме и коллаборационизме. Возвращаемся в Париж. Пишу мало.Война для нас закончилась. Но какой ценой! Дом в Биаррице разбомбили. Мы потеряли почти всё имущество, остались буквально в том, в чём были. Голод, холод — всё, как в Петрограде 20-х. Единственный источник дохода - публикации в "Новом журнале", с которым мы сотрудничаем. Но мы с Георгием вместе, дер...Смотреть еще
Вышел мой третий роман «Зеркало». А Европа снова летит в пропасть. Война. Мир рушится. Мы с Георгием уезжаем в Биарриц, в дом, доставшийся от отца. Там, надеюсь, будет тише. Но как писать стихи под гул бомбардировщиков?
Второй роман завершён. Он о юности, о любви, о Париже и о трагической красоте. Работа над ним далась трудно — слишком многое в этой книге личное. Георгий говорит, что проза затягивает меня всё сильнее, и, кажется, он прав. Романы пишутся быстрее, чем рифмы.